Беларусь и экстремизм: 2407...

2407 уголовных дел «экстремистской направленности» – это много, или мало? Что вообще означает эта цифра? Белорусские «чиновники» любят оперировать цифрами по любому поводу: они используют «большие» цифры, чтобы показать рост и «маленькие», чтобы проблема казалась несерьёзной – цифры – это наше всё, без них никуда.

А что по существу? Ну вот, например, в соседней России количество «экстремистских» преступлений за 2020-й год составило 833. И что теперь, 2407 – это много, или мало? Это практически в три раза больше, чем во всей России.

Население России на 1-е января 2020-го года составляло 146 млн 748 тыс. человек. Население Беларуси на начало года было 9 млн 450 тыс. 857 человек. Если считать, что каждое такое «преступление» совершено в одиночку, то получается, что в России на каждые 176 тыс. 168 человек есть 1 «экстремист». В Беларуси же получается, что количество экстремистов на душу населения, откровенно говоря, зашкаливает – 1 «экстремист» на каждые 3 тыс. 926 человек.

Если пересчитать это соотношение на население России, то получился бы 1 «экстремист» на каждые 37 тыс. 378 человек – это в 4.7 раза больше, чем зарегистрировано за 2020-й год, то есть 3 тыс. 926 дел «экстремистской направленности». Это в 1.63 раза больше, чем в Беларуси при том, что население России больше населения Беларуси в 15.5 раз.

Так можно продолжать и дальше – считать, считать и считать до посинения. Вот примерно так эти цифры и получаются – где-то находим что-то, что «больше», где-то находим что-то, что «меньше» и вроде все «чэсна», только абсолютно бессмысленно.

Я уже писал о том, что цифры и данные сами за себя не говорят – все зависит от их интерпретации. Так же и с понятием «экстремизм» – именно поэтому, я взял его в кавычки. Если очень грубо, то «экстремизм» – это действия, которые выбиваются из общепринятой нормы и несут угрозу существованию этой нормы.

Проблема с этим понятием в том, что «экстремистом» можно считать абсолютно каждого – все зависит от того, кто «судит». Здесь есть большое пространство для интерпретации и мало объективности, если только не выработать какие-то общепринятые критерии, как, например – стрельба по мирным людям, погромы, применение насилия к другим, избиение, пытки, расизм, сегрегация, ксенофобия. Что-то мне это напоминает…

И вот получается, если в Беларуси так много «экстремистов», то что бы это могло значить?.. Это могло бы значить, что, либо у нас тут засела какая-то крупная террористическая группировка, которая «шатает» всю страну и не дает остальным жить спокойно – отсюда такое количество уголовных дел «экстремистской направленности» – либо те, кто трактуют действия как «экстремистские» сами выбились из общепринятой нормы и не дают остальным жить спокойно.

Оба варианта как-то парадоксально реалистичны, а всё потому, что 2407.

Антон Динерштейн, 05.03.2021

Кто такой политик и что такое государство

Еще один аргумент, который возникает в разговоре о выборах в Беларуси звучит примерно так: «Политикой должны заниматься профессиональные политики». С одной стороны, звучит вполне логично, но, есть нюанс. Для того, чтобы разобраться, в чем тут проблема, придется более внимательно взглянуть на определение политики и политического как сферы общественной жизни.

В своем изначальном смысле политика относится к делам граждан (polites), которые живут в «городе» (polis). «Город», в данном случае, это не совсем город в современном привычном смысле, а, скорее, тип «государства». Отсюда, английское слово ‘citizen’ (гражданин, или «горожанин») и связанное с ним слово ‘city’ (город).

Такой подход подразумевает, что политиком является каждый гражданин, так как предполагается, что каждый гражданин заинтересован в развитии своего государства. Граждан, которые решили не участвовать в политическом процессе и в общественной жизни, древние греки называли «идиотами» (в значении: «отдельный человек, частное лицо; несведущий человек»).

Соответственно, политиком в изначальном значении этого слова, является каждый гражданин, а не некий специально обученный «политике» человек. В случае, когда речь идет о «политике» как о роде профессиональной деятельности, имеется в виду, скорее ‘policy’, а не ‘politics’. Именно ‘policy’ подразумевает владение определенными навыками государственного администрирования и управления, работу по согласованию и внедрению законопроектов, разработку планов, директив и так далее. Это конкретная область приложения политического в государстве и на международной арене.

«Политика» же, или ‘politics’ в своем значении гораздо шире ‘policy’ и не подразумевает обязательного владения определенными профессиональными навыками управления. «Политиком» может быть и является по умолчанию каждый заинтересованный гражданин государства, который так или иначе участвует в общественной жизни страны.

Здесь мы натыкаемся на еще один интересный нюанс – вопрос о лидерстве и государстве. Лидер (от английского «leader» – «ведущий») – это человек, который ведет за собой некую группу людей, на том основании, что члены этой группы разделяют его убеждения. То есть, в данном случае, «лидер» это тот, кто смог убедить (ключевой момент) других следовать за ним, а нет тот, кто руководит людьми по своему усмотрению. Руководство может быть частью лидерства, но ключевой момент здесь – это именно убеждать к принятию своей позиции, а не командовать.

Что касается государства, тут тоже не все так просто. Здесь мы становимся своего рода заложниками русского языка, который подразумевает наличие некоего «государя» в основе «государства». То есть, в самом языке отражена определенная диспозиция по отношению к тому, как понимать государство. Если предполагать, что «государь» является основой «государства», получается, что существование государства обусловлено существованием «государя» – некоего социального агента, который подобно Гоббсовскому Левиафану проникает во все сферы общественной жизни и без которого государство просто не мыслимо.

С другой стороны, если исходить из понятия ‘state’ («государство») (от корня -sta), то, в таком случае это понятие имеет больше общего с русским словом «стоять», или «стать», то есть занять определенную позицию в пространстве, состояние. «Государство», в этом случае, можно описать понятием «среды», которая формируется благодаря тому, что граждане «становятся» совместно и определенным образом по отношению друг к другу и по отношению к миру. То есть, «государство» в таком случае — это процесс взаимодействия граждан друг с другом, а не просто какая-то неизменная данность. Государство в данном случае формируется гражданами, а не «государем».

«Государево» «государство» предполагает подчинение всего и вся единой воле, а «государство» как «среда» предполагает диалог, компромисс и общественное взаимодействие. В первом случае «государство» – это жизнь в установленных «государем» рамках. Во втором случае «государство» – это платформа для процесса создания общества, в котором каждый гражданин является участником процесса публичного творчества, процесса создания совместной «государственности» сообща. К слову, конфликт тоже является частью творческого процесса…

На этом я пока остановлюсь…

Антон Динерштейн, 29.07.2020.

#Беларусь, #общество, #государство, #политика, #выборы

Неопределенность – это нормально...

Посмотрел сегодня интервью Тихановской, Колесниковой и Цепкало порталу TUT.by. Лично мне, понравился один посыл, который я услышал в этой дискуссии. Это посыл о неопределенности, о том, что невозможно точно сказать, что будет после выборов, будут ли участники дискуссии и дальше участвовать в политическом процессе, каким образом взаимодействовать с действующим парламентом в случае избрания Светланы Тихановской президентом и так далее.

Подобная неопределенность – это абсолютно естественное явление, более естественное, чем наличие конкретных и детальных долгосрочных планов по принципу «пятилеток». Мир динамичен и любой план – это процесс, а не данность, не какой-то неоспоримый факт. Окружающая среда – это не статичная структура, это постоянное движение, динамика, постоянные изменения.

Поэтому, человек, который отдаёт себе отчет в том, что не всё в его власти, что он не всё знает, что он не может полностью контролировать будущее, вызывает у меня больше доверия, чем любой другой, кто с уверенностью говорит о том, что у него всё схвачено и всё под контролем на долгие годы вперед.

Воспринимать неопределённость как норму сложнее, чем воспринимать как норму определённость. Человеку важно чувство стабильности, уверенности в завтрашнем дне, уверенности в том, что его мир останется для него понятным и впредь, что вокруг будет некий порядок, некая привычная упорядоченность.

Дело в том, что неопределённость – это такая же форма порядка, просто эта форма непривычна в силу того, что она подразумевает последовательность из более мелких шагов. Неопределённость означает постоянный анализ ситуации, осмысление собственного движения в мире, она подразумевает принятие решений исходя из ситуации, исходя из конкретного контекста.

Каждый шаг приводит к новой ситуации, каждая ситуация может быть типовой, но при этом, она является уникальной и, соответственно, любая ситуация требует уникальных решений, которые пусть и не очень сильно, но отличаются от тех решений, которые человек принимал ранее. Всё дело в деталях – неопределенность – это черта более гибкого планирования, планирования, при котором возможны постоянные корректировки по ходу движения, если в них возникает необходимость...

На этом я пока остановлюсь...

Антон Динерштейн 24.07.2020.

#неопределенность, #выборы, #Беларусь, #политика, #порядок